Ссылка для цитирования: Прощенко А.А. Суворин в письмах семьи Достоевских // Медиаскоп. 2020. Вып. 4. Режим доступа: http://www.mediascope.ru/2673
DOI: 10.30547/mediascope.4.2020.5
@ Прощенко Анастасия Андреевна
преподаватель-исследователь, лаборант факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова (г. Москва, Россия), a9851825663@gmail.com
Аннотация
В статье собрана и проанализирована переписка издателя газеты «Новое время» А.С. Суворина и родственников писателя Ф.М. Достоевского. Приводятся не известные ранее публикации «Нового времени», впервые публикуются письма: племянника писателя А.А. Достоевского к Суворину; А.Г. Достоевской к редактору «Исторического вестника» С.Н. Шубинскому. Приведенные источники иллюстрируют, как Суворин поддерживал семью Достоевских, способствовал сохранению памяти и наследия писателя на протяжении более 25 лет1.
Ключевые слова:Ф.М. Достоевский, А. С. Суворин, газета «Новое время», А.Г. Достоевская, «Дневник писателя».
Взаимоотношения Ф. М. Достоевского и издателя крупнейшей ежедневной политической и литературной газеты «Новое время» А. С. Суворина сыграли важную роль как в жизни самого писателя, так и в деле сохранения памяти о нем. Эти отношения прошли большой путь от идейного антагонизма до искренней дружбы и взаимного уважения. Полемика с Сувориным послужила Достоевскому источником для множества публицистических текстов и идей будущих романов (Прощенко, 2019: 165). С помощью Суворина и его «Нового времени» были собраны средства на памятник Достоевскому в Александро-Невской лавре и на школу его имени в Старой Руссе; в издательстве Суворина было дважды опубликовано Полное собрание сочинений Достоевского, и ни одна другая газета не писала об авторе «Братьев Карамазовых» так много и часто, как «Новое время» (Прощенко, 2020: 103).
Кроме того, Суворин был издателем ежемесячного историко-литературного журнала «Исторический вестник», в котором, как показало исследование Д. Е. Куликовой (2020: 145), имя Достоевского упоминается в несколько раз чаще, чем во всех других исторических журналах конца XIX - начала XX вв.
Благодаря Суворину и его «Дешевой библиотеке», руководство которой с 1887 года было поручено редактору «Исторического вестника» С. Н. Шубинскому, произведения Достоевского становятся доступны даже очень небогатому читателю. Об этом подробно сказано в неопубликованной доселе переписке Анны Григорьевны Достоевской и Сергея Николаевича Шубинского, сохранившейся в архивах РНБ, РГБ, РГАЛИ и ИРЛИ. Ниже мы впервые публикуем три письма, касающихся напечатания в «Дешевой библиотеке» повести Достоевского «Бедные люди».
К вопросу об изученности темы
После смерти Достоевского А.С. Суворин неизменно поддерживал его вдову и дочь. На сегодняшний день известно десять писем А.Г. Достоевской к А.С. Суворину и три письма Суворина к вдове. В РГАЛИ хранятся также два письма к нему от дочери Достоевского Любови Федоровны и одно письмо от племянника писателя – Александра Андреевича Достоевского. Эти письма помогают нам с нового ракурса взглянуть на роль и место газеты «Новое время» и ее издателя в деле сохранения наследия Ф.М. Достоевского.
Переписку Анны Григорьевны и Любови Федоровны Достоевских с А.С. Сувориным опубликовала в 2014 году исследователь В.Н. Абросимова (2006, 2014). Однако, как выяснилось, в настоящий момент экземпляр № 31 альманаха «Достоевский и мировая культура», в котором помещались эти письма, отсутствует как в библиотеках и книжных магазинах нашей страны, так и в сети Интернет. Ознакомиться с указанной публикацией сегодня оказывается весьма непросто, поэтому нам представляется целесообразным еще раз подробно остановиться на некоторых из этих документов.
В последние годы переписка Анны Достоевской и Алексея Суворина привлекает все больше внимания ученых. Так, в № 3 журнала «Неизвестный Достоевский» за 2019 год исследователь из Миланского университета Вассена Рафаэлла (2019: 116–139) приводит полный текст двух писем А.Г. Достоевской к А.С. Суворину, касающихся публикации произведений Ф.М. Достоевского для детей (это письма от 18 декабря 1886 г. и от 12 апреля 1897 г.). Однако они касаются лишь вопроса детской литературы, составляют малую часть обширной переписки и не отражают взаимоотношений семьи Достоевских и издателя «Нового времени».
В 2020 году уже упомянутая исследователь В.Н. Абросимова (2020: 113-137) опубликовала статью, в которой подробно остановилась на двух письмах из интересующей нас переписки. Они касаются работы о Достоевском французского студента Пьера-Гастона Луага. В тексте В.Н. Абросимовой издатель «Нового времени» упомянут бегло, о его роли в деле укоренения международной памяти автора «Преступления и наказания» речи не идет совсем – равно, как и в ее работе об отношении Л.Ф. Достоевской к женскому вопросу (Абросимова, 2018). Для нашей же темы важна непосредственно фигура А.С. Суворина: именно он является главным действующим лицом настоящей статьи.
Что касается переписки А.С. Суворина с младшим братом писателя – А.М. Достоевским – она частично опубликована в книге И.Л. Волгина «Родиться в России» (Волгин, 2018: 396; 418; 630). Речь в ней идет о падучей болезни Ф. М. Достоевского: младший брат опровергает информацию о том, что писатель страдал этим недугом с детства2. Его письмо было опубликовано в «Новом времени» 8 февраля 1881 года как ответ на публикацию А.С. Суворина «О покойном». В сноске под этой статьей издатель оставляет примечание, где обещает предоставить сведения, на основании которых сделал свои выводы.
До нас не дошло ответное письмо Суворина А.М. Достоевскому, зато сохранилось еще одно обращение Андрея Михайловича к издателю «Нового времени». Оно было написано вскоре после первого: 27 февраля 1881 года и касается той же темы3.
Суворин и Анна Григорьевна
В своем дневнике от 28 сентября 1899 г. А.С. Суворин вспоминал, что благодаря его статье о смерти Достоевского в «Новом времени» Анна Григорьевна получила пенсию: «Вдова Достоевского понимала очень хорошо значение этой агитации. Она поцеловала мне руку»4. А.Г. Достоевская действительно осознавала, как много сделал А.С. Суворин для ее семьи: это видно из сохранившихся писем и воспоминаний. Она не сомневалась в искренности издателя «Нового времени» и обращалась к нему за помощью в самых разных вопросах, касающихся сохранения наследия ее покойного супруга.
Условно можно обозначить три основные темы писем А.Г. Достоевской и А.С. Суворина:
Последний «Дневник»
В конце жизни Ф.М. Достоевский активно занимался возобновлением «Дневника писателя». Январский выпуск готовился к печати в типографии А.С. Суворина, с которым Достоевский был близок на рубеже 1870-80-х годов (Прощенко, 2019: 149-170). Таким образом, последние дни жизни писателя оказались тесно связаны с газетой «Новое время» и ее издателем.
К началу 1881 г. типография Суворина располагалась в купленном им доме в Эртелевом переулке в Петербурге и была оснащена новейшим оборудованием французского производства. У Суворина было 30 тысяч десятин леса и собственная бумажная фабрика, обеспечивавшая издательство. Все это позволяло существенно сокращать издержки, чтобы печатать крупные тиражи книг и газет. Печататься у Суворина могло быть выгодно и Достоевскому.
10 января 1881 г. «Новое время» анонсировало возобновление ежемесячного издания «Дневника писателя». И хотя цензурное разрешение на это было получено еще 25 октября 1880 г., Достоевский очень беспокоился. П.А. Гайдебуров вспоминает, что «за несколько дней до смерти Достоевский явился в Главное управление печати с просьбой переменить ему цензора»5. Первый выпуск журнала должен был состояться 31 января 1881 г.
По воспоминаниям А.Г. Достоевской, еще 26 января «Федор Михайлович был совершенно спокоен, говорил и шутил с детьми и принялся читать “Новое время”»6. 27 января «пришел метранпаж из типографии Суворина и принес последнюю сводку. <…> Узнав чрез метранпажа, что номер был послан в гранках Н.С. Абазе (начальнику Главного управления по делам печати – прим. А.П.) и им пропущен, Федор Михайлович значительно успокоился»7.
На следующее утро в «Новом времени» значилось:
«В сообщаемой сегодня программе пушкинского вечера читатели не найдут возвещенного прежде имени Ф. М. Достоевского. Он сильно занемог, вечером 26 января, и лежит в постели. Люди, еще так недавно попрекавшие его тем, что он слишком часто принимает овации на публичных чтениях, могут теперь успокоиться: публика услышит его не скоро. Лишь бы сохранилась для русского народа дорогая жизнь глубочайшего из его современных писателей, прямого преемника наших литературных гениев!»8
Эту заметку, по свидетельству Анны Григорьевны, Достоевский попросил прочесть ему дважды: ««Прочти «Новое время», что сказано обо мне», два раза, не скучал»9. «Он не был избалован такими оценками. Можно было попросить Анну Григорьевну прочитать текст два раза – и при этом не скучать» (Волгин, 2016: 562). В этот же день было, наконец, получено цензурное разрешение на публикацию январского «Дневника писателя»10, и Анна Григорьевна сама поехала в типографию Суворина – вероятно, чтобы внести последние корректуры: «Утром, пока я ездила в типографию, был Покровский <…>» и просто: «Ездила в типографию»11.
В тот вечер Ф.М. Достоевский скончался.
«Новое время» писало: «Утром, в день смерти <…> ему принесли сверстанный последний лист этого нумера, уже прочитанный им в корректуре: требовалась только подпись его для печати. Он не мог этого сделать. Жена его сказала посланному: «Приходите завтра – ему будет лучше и он подпишет». Завтра Ф.М. лежал уже на столе»12.
Издатель «Нового времени» был в числе первых посетителей умершего. Анна Григорьевна писала: «Помню, как в тот же вечер, часов в двенадцать, приехал к нам А.С. Суворин, чрезвычайно огорченный смертью моего мужа, которого он очень почитал и любил. Свое вечернее посещение Суворин описал в «Новом времени»»13. Этот подробный текст был опубликован 1 февраля, но уже на следующее утро после смерти Достоевского, 29 января, в «Новом времени» вышел без подписи некролог Суворина «Кончина Ф.М. Достоевского» и короткое сообщение в отдельной траурной рамке: «28 января, в 8 часов 40 минут вечера, скончался Федор Михайлович Достоевский. Панихиды в час и в восемь часов. (Угол Кузнечного переулка и Ямской, д. №5-2)»14.
«Весь вечер 28 января, равно как и последующие четыре дня (29 января − 1 февраля), представляются в моих воспоминаниях каким-то угнетающим душу кошмаром»15, − вспоминала вдова Достоевского. Однако случилось нечто, оказавшее ей серьезную поддержку в тот скорбный вечер. Мы полагаем, что этой счастливой случайности невольно способствовал именно Суворин и его газета. Приехал брат Анны Григорьевны: «Он из деревни прибыл по делам в Москву и, уже собравшись домой, сам не зная почему, вдруг надумал поехать в Петербург повидать нас. Правда, он прочел в какой-то газете о болезни Федора Михайловича»16. Вдова признается: «Приезд брата в столь горестное время я считаю истинною для меня Божиею милостью», не только потому, что присутствие близкого человека давало некоторое утешение, но и потому, что брату она смогла «поручить все мелкие, но многосложные заботы по погребению тела Федора Михайловича»17.
Позволим себе предположить, что И.Г. Сниткин прочел утреннее объявление именно в газете Суворина − ведь, как писал сам Достоевск
Русский
English