Любительское видео на эфирном телеканале

Amateur Video on a Terrestrial Television Channel

Бережная Марина Александровна
 доктор филологических наук, доцент, профессор кафедры телерадиожурналистики Высшей школы журналистики и массовых коммуникаций Санкт-Петербургского государственного университета, marinaberezhnaya@mail.ru

Marina A. Berezhnaya
PhD, Professor at the Chair of Television and Radio Journalism, School of Journalism and Mass Communication, Saint-Petersburg State University, marinaberezhnaya@mail.ru

Аннотация
Любительское видео существует на ТВ в соответствии с информационной политикой телеканалов, форматами телепрограмм, используется как дополнительный источник информации, основа для последующих профессиональных репортажей и дискуссий. Мобильные репортеры не конкурируют с профессиональными тележурналистами и не рассматриваются в качестве равных партнеров, поскольку их работы не соответствуют определенным стандартам. Включенное в основной видеоконтент, любительское видео приобретает дополнительную эстетическую функцию честного и оригинального взгляда и контрастирует с профессиональными материалами высокого технического качества. Альтернативная профессиональная практика гражданской журналистики оборачивается модным эстетическим приемом.

Ключевые слова: ТВ, любительское видео, гражданская журналистика, мобильный репортер, эстетическая функция.

Abstract
Amateur video on television corresponds to channels’ information policy and the formats of TV programs; it is used as an additional source of information, as a ground for subsequent professional reports and discussions. Mobile reporters do not compete with professional television journalists and are not regarded as their equal partners because their work does not fit the standards. Included in the general video content, amateur video acquires an additional aesthetic function of a frank and fresh view which produces a favorable contrast to professional materials of high technical quality. Alternative professional practices of citizen journalism turn to become a fashionable aesthetic device.

Key words: TV, amateur video, citizen journalism, mobile reporter, aesthetics function.

Современные технологии принесли в жизнь новые возможности и практики амбивалентной профессиональной ценности. С одной стороны, телеканалы демонстрируют видеоматериалы высокого качества, используют широчайшую выразительную палитру, но при этом исследования фиксируют падение доверия к эфирному телеконтенту со стороны аудитории¹, с другой – в сети Интернет существует большое количество любительского видео, которое имеет статус гражданской журналистики и высокий кредит доверия публики. «То, что мы иногда принимаем за профессионализм, это и есть самодеятельность», − считает Л. Новоженов². Режиссер В. Манского считает: «Включая телевизор, каждый из нас становится участником перформанса с двумя параллельными реальностями, которые никак между собой не пересекаются <…> Но есть еще те, кто помнит, что бывает по-настоящему. Я и молодых людей таких знаю. Есть во многих генетическая, ими лично не тестированная память о настоящем. Рука такого человека непроизвольно тянется к гаджету − зафиксировать»³.

Профессиональное сообщество неоднозначно относится к такого рода любительской практике. Согласно исследованию международной сети независимых PR-агентств Oriella PR Network, проведенному совместно с Buman Media, в котором приняли участие 550 журналистов из 15 стран Европы, Азиатско-Тихоокеанского региона и Америки, читатели имеют больший авторитет в глазах журналистов, чем политики, PR-специалисты и маркетологи. С этим утверждением согласилось более половины (51%) опрошенных. Журналисты из Франции (58%), Индии (43%) и Китая (37%) утверждают, что народные корреспонденты заслуживают доверия не меньше, чем штатные журналисты. Народная журналистика рассматривается как ценный источник информации, особенно в тех случаях, когда самим журналистам по каким-то причинам сложно освещать события или если существуют опасения по поводу надежности информации от официальных источников. Однако в ряде стран эту точку зрения не разделяют, в частности, среди российских журналистов не нашлось тех, кто согласен доверять аудитории (0%). Среди скептиков также Великобритания (3% доверяющих), Швеция (2%), Новой Зеландия (1%)⁴. Тем не менее любительское видео все чаще используется профессиональными телеканалами в России как в виде отдельных кадров новостной хроники, так и в виде специальных проектов, активизирующих энтузиазм репортеров из народа (как, например, «Мобильный репортер» на канале «Росия-24», ставший объектом эмпирического анализа в данной статье). Проникновение подобного контента на эфирные телеканалы по-разному трактуется исследователями. Одни видят в этом ростки настоящей народной журналистики, другие, признавая достоинства такого рода сотворчества аудитории, относятся к нему лишь как к дополнительному ресурсу деятельности профессионалов⁵. По мнению А.А. Калмыкова, поскольку вещательные СМИ никуда не исчезнут, при отсутствии субъект-субъектных отношений в условиях массового телевидения традиционная вещательная парадигма будет отходить на второй план, заменяясь множественным полилогом субъективированных информационно-коммуникативных образований⁶. Исходя из этого, современные попытки эфирных каналов включиться в интерактивные потоки с привлечением аудитории представляются несколько искусственными. Однако нельзя не согласиться с тем, что под влиянием новых технологий контент ТВ вынужден будет меняться. «Форма, безусловно, важна, но она работает лишь тогда, когда содержание отвечает актуальной тенденции: зритель не хочет быть зрителем, он хочет быть действующим лицом»⁷. Настало время определить реальное положение любительского видео на современном телеэкране.

Понятие любительское видео имеет несколько аспектов: производственный (кто является автором, кто снимал), профессиональный (качество съемки, соответствие профессиональным критериям), эстетический (соответствие эстетическим критериям сегодняшнего дня, запросам аудитории).

Поэтому к рассматриваемому нами объекту мы можем отнести:

• материал, полученный с помощью непрофессионального телевизионного оборудования, фиксирующих устройств – web-камеры, видеорегистратора, камеры слежения;
• видео, снятое для служебного пользования, не соответствующее требованиям, предъявляемым эфирным материалам − это съемки спецслужб, следственные материалы, медицинские операции и т.д.;
• домашнее видео, снятое на любые носители, предназначенное для частного, семейного просмотра;
• видео, выполненное для публичного просмотра, но непрофессионально.

Часть материалов не является изначально журналистскими материалами, но используется в телевизионных программах наряду с профессиональными кадрами, становясь частью единого телевизионного текста. В совокупности сегодня любительское видео представляет собой сегмент телевизионного видеоконтента, который качественно отличается от общего изобразительного ряда современного ТВ. На фоне современной телевизионной картинки любительское видео выделяется следующими характеристиками: низкое разрешение, неправильная цветопередача, дрожание и рывки камеры при съемке, съемка на ходу, длинные кадры, злоупотребление наездами, отъездами, панорамированием, отсутствие центра кадра, запись звука на встроенный микрофон («пушку»), отсутствие выразительных крупных планов, чередования планов, немонтажная съемка, спонтанный закадровый комментарий.

Технико-технологические условия телевизионного производства в течение десятилетий объясняли крайне незначительное присутствия не телеэкране видеоматериалов (киноматериалов) операторов-любителей. Можно вспомнить отдельные фрагменты в программе «Клуб путешественников», кадры из домашних киноархивов в портретных очерках. Кинокамеры не были распространены широко, и приобретающий такой аппарат либо совершенствовался в профессиональном мастерстве, либо не претендовал на публичную презентацию снятого материала. Однако кадры, зафиксированные профессиональными кинохроникерами, и даже художественные фильмы сегодня могут восприниматься как любительские из-за качества изображения и современных эстетических критериев оценки материала, а черно-белое изображение и стилистика хроники, например фильмов С. Эйзенштейна, приобретает в современном контексте дополнительное качество документальности.

В 1997 г. Егоров В. констатировал, что со временем видео может превратиться в один из главных каналов развития любительского творчества и фиксации ключевых моментов в жизни каждого человека, заменяя кинолюбительство и бытовую фотографию⁸. К тому времени практика ТВ уже давала основания для таких утверждений. Всплеск массового интереса к созданию собственных видеофильмов был вызван, несомненно, появлением доступных бытовых видеокамер и большей информационной свободой в 1990-х гг. Творчество самодеятельных операторов получило дополнительный стимул и благодаря ряду телевизионных проектов, например программе «Сам себе режиссер». Это телевизионное шоу, в основе которого лежит демонстрация любительского видео с шуточным закадровым комментарием, вышло в эфир в январе 1992 г. на канале «2х2». Через два года оно стало выходить на канале «Россия 1». Программа сделала немало для популяризации новой техники и для стимулирования самодеятельного видеотворчества аудитории. Почти пять лет программа «Сам себе режиссер» монопольно господствовала на нашем ТВ в жанре любительского видео, в 1995 г. на ТВ-6 появилась передача Ивана Усачева «Вы – очевидец», с 2002 г. она стала выходить на РЕН ТВ, а затем раскололась на отдельные передачи: «Очевидец: самое смешное» и «Очевидец: самое шокирующее», определив основные тематические направления зрительских видеороликов. Воспринятая российскими зрителями как открытие, программа «Сам себе режиссер» являлась российским аналогом американского шоу «Самое смешное видео» на канале Эй-би-си (ABC). Когда в январе 1990 г. в журналах «Пипл» (People) и «ТиВи гайд» (TV Guide) было размещено объявление с приглашением всех желающих передавать на ТВ любительские съемки забавных эпизодов для участия в шоу «Смешное домашнее видео Америки», американская телекомпания получала от зрителей от 700 до 1500 видеокассет ежедневно⁹.

Опыт использования любительского видео в телепроектах появился за рубежом еще в 1980-х гг. и осознавался в дискурсе не столько профессиональном, сколько социально-психологическом. По мнению Г. Уотерcа из «Ньюсуик» (Newsweek), участники шоу выступали отчасти в роли репортеров, отчасти в роли зевак; они – трэш-люди. Шокирующее видео, снятое на бытовые камеры, показывали даже в традиционных ночных выпусках последних новостей на Си-эн-эн (CNN). Он указывает, что если «Я очевидец» использует любительские кадры исключительно для удовлетворения вуайеристских пристрастий аудитории в прайм-тайм, то съемки Си-эн-эн легитимируют новостные события вроде землетрясений, терактов или спортивных поражений¹⁰. Ссылаясь на мнения многих экспертов, Л. Гринстафф высказывает мнение, что «трэш-телевидение» играет на вуайеристских желаниях, равно как и на новейшем инстинкте - стремлении появиться на телевидении. «В каждой шестой американской семье есть видеокамера, и, если верить наблюдениям критиков, все они, похоже, хотят, чтобы их пленки попали на телевидение»¹¹. При этом она справедливо утверждает, что «несмотря на вызов традиционным дихотомиям (публичное/частное, информация/развлечение, разум/чувства и т.д.), межд