«Прошлое», «настоящее» и «будущее» россиян в структуре телевизионного образа социального времени 1
?The Past?, ?the Present? and ?the Future? of the Russians in the Structure of the Television Image of Social Time
Байдина Вероника Сергеевна
старший преподаватель кафедры телерадиожурналистики Томского государственного университета, nekae@mail.ru
Veronika S. Baydina
Senior lecturer at the chair of TV and radio broadcasting, Tomsk State University, nekae@mail.ru
Аннотация
Статья посвящена проблеме восприятия социального времени современным обществом и роли масс-медиа в осознании темпоральных процессов. Автор описывает структурные элементы социального времени – прошлое, настоящее и будущее, их взаимосвязь с идеологией и преобразованием действительности. На примере содержательного анализа аналитических программ автор доказывает тезис о том, что российское общество синхронизирует время отдельных социальных групп и управляет представлениями о времени посредством телевидения.
Ключевые слова: социальное время, прошлое, настоящее, будущее, телевизионный образ.
Abstracts
The article is devoted to the problem of the social time perception of modern society and the role of mass media in awareness temporal processes. The author describes the structural elements of social time – the past, the present and the future, their relationship with the ideology and the transformation of the reality. The content analysis of analytical programs allowed the author to prove the thesis that the Russian society synchronizes the time of separate social groups and manages the notions of time through television.
Key words: social time, the past, the present, the future, the television image.
Интегральная характеристика переживания обществом момента настоящего отражается в понятии социального времени. Мы будем понимать социальное время как категорию социокультурного бытия, характеризующую жизнедеятельность общества в историческом контексте. Этот темпоральный уровень включает в себя не только представление о настоящем, но также о прошлом и будущем времени социума.
Б.С. Сивиринов применительно к прошлому, настоящему и будущему оперирует термином «модусы времени»: «Идея времени как становления будущего в настоящем и настоящего в прошлом выводит нас на понимание времени как целостности. Именно неуловимый момент движения, момент перехода как момент связи трех временных модусов создает то, что позволяет говорить о возникновении образа целостности реальных структур бытия в процессе их осуществления»2. Исследователь отмечает: «Модусы времени – это феноменологическая социальная реальность, но не реальность, в которой живет человек, а которой он живет в процессе своей деятельности [курсив. – Б.С. Сивиринова]»3. В феноменологической традиции «реальностью является не то, что существует независимо от сознания, но то, на что сознание направлено»4. То есть прошлое, настоящее и будущее время – это некая условность, которая существует в сознании человека, помогая объяснять процессы, происходящие в природе и обществе, и ориентироваться в них. Поэтому для нас прошлое так же доступно, как настоящее и будущее.
В.П. Яковлев подчеркивает, что прошлое меняется через его интерпретацию настоящим. Прошлое оценивается также социальной памятью или социальным забвением. А вот детерминированность настоящего прошлым лишь частична: «настоящее в истории не определяется прошлым полностью и однозначно. Оно становится свободно от прошлого, актуально по отношению к нему, ибо исторические события не только детерминируются прошлым. Они вызваны, побуждены будущим»5. Доминирующая роль остается за настоящим и в отношении будущего времени: «настоящему предстоит сделать выбор, определить вариант из спектра возможностей, решиться на альтернативу»6. Таким образом, ключевой модус социального времени – настоящее, оно ответственно за интерпретацию прошлого и артикуляцию желаемого будущего.
Границами модусов социального времени становятся значимые события, повлекшие за собой качественное изменение жизни общества или убыстрение/замедление ее темпа; события, несущие перемены, могут быть связаны с физическими трансформациями географического пространства, но, чтобы физическое изменение повлияло на мировосприятие, оно должно быть сопряжено с трансформацией социального пространства. События, вносящие качественные изменения в социальное пространство, определяют «точки невозврата», точки выбора пути для современников.
Субъективная реакция современников на настоящее, прошлое и будущее время – это способ самопознания поколения. Значимость этой общественной рефлексии очень высока. В сознании социума темпоральные процессы не только получают свою оценку, но и создают мотивацию к конкретным практическим действиям. Положительное или отрицательное восприятие обществом любого из модусов социального времени потенциально способно вызывать трансформации в социальном, географическом и физическом пространствах. Так, очернение прошлого, отрицательное отношение к отдельным историческим эпизодам страны или пренебрежение историческим наследием приводит к изменению облика городов: сносу памятников скульптуры и архитектуры. Резкие оценки в отношении советского периода жизни страны провоцируют конфликты поколений, социальный протест. Общественное осуждение негативных феноменов настоящего задает целеполагание к реформированию социальных институтов или изменению характера их взаимодействия друг с другом. Положительное восприятие настоящего диктует обществу консервативные настроения и стремление сохранить баланс социальных сил. Таким образом, пессимистическое или оптимистическое восприятие социумом модусов социального времени меняет пространственные координаты социума, способ взаимодействия его субъектов, определяет характер связи социума с внешним миром.
Восприятие и переживание социального времени – сложная проблема для научного познания, поскольку, во-первых, «субъективное», «качественное» время – это многомерное явление, а, во-вторых, разнородные социальные группы и индивиды могут сосуществовать в разных временных и пространственных координатах. А.Я. Гуревич подчеркивает: «…в обществе всегда существует не какое-то единое «монолитное» время, а целый спектр социальных ритмов, обусловленных закономерностями различных процессов и природой отдельных человеческих коллективов»7. Ритмы их жизнедеятельности также не совпадают друг с другом, как и мироощущение и мировосприятие, которое во многом базируется на образе социального времени. Однако для консолидации общества возникает необходимость координации различных темпоральностей социальных групп. Это обусловливает появление так называемого «доминирующего» социального времени или типичного представления о времени в конкретном обществе.
А.И. Гуревич утверждает, что такое представление о времени может быть управляемым, и указывает, что «регулирование восприятия социального времени является важной идеологической силой»8. И.М. Попова акцентирует внимание на том, что взаимосвязь темпорализации и идеологии – это вопрос о соотношении настоящего и будущего, настоящего и прошлого: «При выяснении связи проблем восприятия времени и функционирования идеологии обнаруживается некий парадокс: основанием идеологии являются насущные интересы и стремления, определяемые практикой настоящего, тогда как содержание любой идеологии составляют представления о прошлом и будущем»9.
Современное общество синхронизирует ритмы отдельных социальных групп через массмедиа. Медиатизация основных институтов социального пространства – политики, экономики, социальной сферы, международных отношений – приводит к тому, что центром столкновения интересов влиятельных субъектов социального пространства становится медийная сфера, а формой взаимодействия последней с аудиторией и с активными участниками социального пространства − массовая коммуникация, где главным средством представления (отражения) информации является медиатекст.
Социальное время в массмедиа – это оценка факта, события, эпохи, соединяющая в емкой эмоционально-логической форме прошлое-настоящее-будущее социума и определяющая отношения между модусами времени в аксиологическом аспекте. Модусы, или структурные уровни социального времени, функционально соответствуют трем методологическим основаниям категории «социальное время» в медиатексте, а именно «социальной памяти», «социальному образу будущего», «духу времени»10. Квинтэссенцию самопознания современности представляет собой «дух времени», он играет большую роль в формировании образа жизни и стиля мышления современников. Прошлое, настоящее и будущее определяют метрику социального времени – т.е. осознание времени как длительности. «Социальная память», «социальный образ будущего», «дух времени» раскрывают содержательный, качественный параметр социального времени или его топологию.
В СМК темпоральные процессы предстают преобразованными: время формируется и визуализируется на базе пространственных процессов, субъективируется в сознании автора и героя медиатекста и эстетизируется при помощи языковых средств конкретного канала коммуникации.
Основную роль в темпоральной трансформации играет личность автора. Журналист, занимая определенную позицию по отношению к событию, помещает его на ось субъективного времени, поэтому «публицистические тексты, основываясь на объективном времени, одновременно создают социальный образ времени»11, или образ социального времени. Следовательно, в медиатексте мы наблюдаем не собственно социальное время, а его образную репрезентацию.
Образ социального времени наиболее полно воплощается в аудиовизуальном медиатексте – тексте, существующем в телевизионном пространстве. Это объясняется тем, что в современной социокультурной ситуации основным ядром медиапространства становятся электронные СМК. Именно они сегодня наиболее популярны и востребованы аудиторией, причины − в таких эффектах, как визуализация, виртуализация, гипертекстуальность, интерактивность, порожденных природой данных СМК.
На наш взгляд, именно телевидение создает доминирующий образ социального времени. Во-первых, телевизионная аудитория в совокупности имеет самый высокий процент охвата населения страны. Во-вторых, телевидение более других СМК ориентировано на категорию «настоящего», сиюминутное наблюдение за событием и его одновременное переживание. И, наконец, в самой природе визуального образа, его стилевых особенностях, как отмечает В.В. Егоров, уже «заложена действенная энергия особого рода, способность вдохновлять и целеполагать зрителя»12.
Телевизионное социальное время не совпадает с социальным временем отдельных социальных групп. С одной стороны, телевизионный текст основан на восприятии социального времени разными социальными группами. С другой стороны, телевизионная коммуникация синхронизирует время разрозненных темпоральностей и создает единую социальную временную платформу, которая становится ориентиром, хронометром общества. На этапе коммуникативного акта между коммуникатором и аудиторией это обобщенное коллективное переживание современности включается в восприятие социального времени каждой социальной группы и влияет на последующие частные оценки социального времени. Далее эти оценки вновь фиксируются коммуникатором, интерпретируются и возвращаются аудитории. Таким образом, «телевизионное настоящее» влияет на восприятие и переживание социального настоящего, интерпретирует прошлое и обозначает желаемый вариант социального будущего.
Для того чтобы подтвердить тезис о влиянии телевидения на восприятие социального времени, был проведен комплексный анализ содержания наиболее рейтинговых еженедельных аналитических программ (итоговых обозрений) общенациональных телеканалов в период с 2000 по 2010 гг.
Исходная гипотеза исследования: анализ репрезентации образа социального времени в медиатексте позволяет судить о динамике восприятия обществом социального времени.
Цель анализа – описать динамику репрезентации образа социального времени в телепрограммах через сопоставление топологии социального времени в 2000 и 2010 гг.
Объект анализа – освещение резонансных событий 2000 и 2010 гг. и событий, которые обладают статусом повторяемости (циклических событий).
Предмет анализа – репрезентация модусов социального времени в телевизионном медиатексте.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
При разработке методики проведенного исследования автор опирался на теоретические утверждения ученых, разработавших вопросы измерения социального времени: В.А. Артемова, Р.Н. Гасилиной, Б.С. Сивиринова, З.В. Сикевича, В.П. Яковлева.
Хронологические рамки исследования обусловлены проблемой определения границ «настоящего» и «современности». «В социологическом анализе и прогнозировании, как подчеркивает В.А. Артемов, приобретает важное значение выделение актуального времени – такого отрезка ист
Русский
English