О дискурсных формациях в современном медиапространстве

 

Ссылка для цитирования: Анненкова И.В., Хорина К.А. О дискурсных формациях в современном медиапространстве // Медиаскоп. 2026. Вып. 2. Режим доступа: https://www.mediascope.ru/2945

 

© Анненкова Ирина Васильевна

доктор филологических наук, профессор кафедры стилистики русского языка журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова (г. Москва, Россия),anneirina@yandex.ru  

© Хорина Ксения Андреевна

специалист по учебно-методической работе, выпускница аспирантуры кафедры стилистики русского языка журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова (г. Москва, Россия),khorina.xenia@yandex.ru

 

Аннотация

Работа посвящена осмыслению практического применения теории дискурсных формаций для решения актуальных задач медиариторики. Применив методологический аппарат теории дискурсных формаций В.И. Тюпы, авторы изучили проявления различных дискурсных формаций в лингвосемиотической структуре текстов Российского футбольного союза (№=141). На основе полученных эмпирических данных в статье делается вывод о появлении феномена диффузии дискурсных формаций в современном медиапространстве.

Ключевые слова: медиариторика, дискурс, дискурсные формации, дискурсивные практики, диффузия дискурсных формаций.

 

 

Введение

 

В современной науке теория дискурса занимает значимое место, предоставляя концептуальный и методологический арсенал для решения различных исследовательских задач.  Возникнув в середине XX века, теория дискурса прошла долгий путь и оказала влияние на развитие философии, филологии, социологии, теории коммуникаций и многих других наук. И хотя на сегодняшний день теория дискурса достаточно глубоко проработана, ее концептуальное развитие не останавливается.

В последние десятилетия ученые стали все чаще поднимать вопрос о влиянии социально-политических реалий на формирование отдельных высказываний и дискурса в целом. Несмотря на сформировавшийся в науке методологический аппарат дискурсивных исследований, динамичность и изменчивость самого дискурса бросает вызов специалистам, стремящимся выйти за границы изучения отдельных дискурсивных практик. Перспективной для решения этой проблемы нам видится теория дискурсных формаций, все более заметно заявляющая о себе в научных дискуссиях.

Говоря, в сущности, об одном феномене, различные ученые используют вариации его наименования: дискурсные формации, дискурсивные формации, формации дискурса. В рамках настоящего исследования мы проанализировали текущее состояние теории и ее методологического аппарата. Учитывая тот факт, что терминологический нейминг еще не устоялся, мы будем использовать в тексте те дефиниции, к которым прибегли цитируемые нами авторы. Однако отметим, что для нас предпочтительным видится вариант «дискурсная формация», предложенная В.И. Тюпой.

Эмпирическим материалом послужили публикации на сайте Российского футбольного союза (РФС) – структуры, являющейся общественной организацией, но выполняющей функции государственного контроля в одной из сфер спорта. Особое положение РФС в общественной структуре, на наш взгляд, делает его весьма интересным объектом для дискурсивных исследований.

 

Обзор литературы

 

Впервые проблему формаций в дискурсе затронул в своих трудах М. Фуко. В книге «Археология знания» философ отметил динамичность дискурса, которая ведет к невозможности его однозначной трактовки. М. Фуко (2004) предложил обратиться к анализу «поля дискурсивных событий», которое представляет собой некоторую совокупность лингвистических эпизодов. При этом философ обратил внимание на «прерывность» и «рассеивание» высказываний в поле дискурса, позволяющие «активизировать несовместимые темы или же помещать одну и ту же тему в различные совокупности», а также определить закономерность между объектами, понятиями, типами высказываний и тематическими выборами. Для объяснения этого феномена М. Фуко ввел понятие «дискурсивная формация», включающее в себя особенности формирования объектов, модальностей высказывания, понятий и стратегий в определенном дискурсе. Согласно его теории, различным культурно-историческим периодам соответствует определенная дискурсивная формация, которая во многом влияет на формирование общих законов в мировоззрении членов общества.

По мнению Е.А. Кожемякина (2008), в основе концепции дискурсивных формаций в работах М. Фуко лежит их понимание как «системы рассеивания некоторого числа высказываний в пределах функционального поля, характеризующаяся наличием определенных закономерностей объединения различного типа высказываний, понятий и тем». Реконструкция стоящих за «рассеянными» дискурсивными актами закономерностей становится возможной только при учете неразрывной связи дискурсивных практик с историческим, социально-политическим и культурным контекстом. Как отмечают исследователи истории дискурсивного анализа А.А. Романов и Н.А. Белоус (2010), М. Фуко ввел теорию дискурса в широкий исторический социально-философский контекст, во многом предопределив дальнейшее понимание дискурса в рамках французской школы как определенных типов высказываний присущих определённой социально-политической группе или эпохе.

Идеи М. Фуко получили широкое распространение в отечественной науке. К концепции дискурсных формаций обращались исследователи во многих областях социально-гуманитарного знания: философии (Кожемякин, 2008; Болотникова, 2006), юриспуденции (Веденеев, 2022), истории (Малышева, 2019) и других (см. рис. 1 и 2). Так, понимание дискурсных формаций как социально-языковых феноменов встречается в работе Е.Н. Болотниковой (2006). Изучая социальные и культурные условия существования морали, автор приходит к выводу, что различные дискурсивные практики составляют одну из частей материальной основы существования не только собственно морали, но и культуры в целом. Е.Н. Болотникова предлагает рассматривать культуру как множество культурных дискурсивных формаций, основными из которых выступают искусство, мифология, религия, мораль и наука (Болотникова, 2006: 14). При этом автор отмечает, что роль дискурсивных практик в формациях варьируется в зависимости от характеристик включенных в формации культурных форм (минимальное значение вербальные практики имеют в искусстве и максимальное – в науке). Схожий подход мы можем увидеть в монографии Ю.А. Веденеева (2022), посвященной концептуальным и предметным основаниям формирования юриспруденции как научной дисциплины. Несколько иной взгляд на дискурсные формации мы видим в работе М.С. Малышевой (2019). Изучая дискурсивные практики, объединенные конкретным историческим событием, автор выделяет историческую, публицистическую и поэтическую формации. По мнению исследователя, существуя обособленно в языковой среде, эти формации способны взаимно пересекаться в рамках дискурсивных практик, посвященных отдельным историческим событиям.

 

 

 

Наиболее ярко теория дискурсных формаций проявила себя в языкознании (Ревзина, 2005; Тюпа, 2010; Попова, 2015; Романов, Белоус, 2010; др.). Рассуждая о динамичности и изменчивости дискурса, О.Г. Ревзина выделяет дискурсивные формации как структурный параметр дискурса. Исследователь отмечает, что коммуникативная (позиции и роли языковых личностей) и когнитивная (содержащееся в сообщении знание) составляющие дискурса, пересекаясь, порождают дискурсные формации. При этом формации специфицируют знания для прагматического использования через вербальное воплощение. Таким образом, формации являются «моделями вербального обмена и формируются вместе с привилегированными для нее значениями составляющих акта коммуникации» (Ревзина, 2005: 72). О.Г. Ревзина вслед за М. Фуко приходит к выводу, что содержание дискурсивных формаций неразрывно связано с исторической эпохой его бытования и определяется коммуникативными потребностями производителей и пользователей дискурса. Другой исследователь этого вопроса, Е.И. Токарева, отмечает, что дискурсивные формации продуцируются коммуникативными моделями и объединяют в себе дискурсивные и социокультурные практики (Токарева, 2011: 5). Исследуя дискурсивные формации публицистики и журналистики XVI–XVIII вв., Е.И. Токарева выделяет четыре основных типа дискурса того времени: институциональный, церковный, приказно-административный и хроникально-деловой. Автор приходит к выводу, что использование тех или иных жанров и стилей в журналистике связано прежде всего с общественно-историческими условиями, а сами жанры и стили становятся историческими категориями в дискурсивных рамках. При этом Е.И. Токарева отмечает, что трансформация общественных коммуникаций непосредственно влияет на дискурсивные формации, делая их границы размытыми и даже диффузными в отдельных типах текстов (2011: 9).

Отметим, что многие исследователи, используя в своих работах выражение «дискурсивная формация», не подразумевают конкретный концепт, а лишь акцентируют внимание на интенциональной и социально-ориентированной стороне дискурса. Так, к примеру, Т.П. Попова в своей статье понимает дискурсивную формацию как «интегративную совокупность текстов, связанных семантическими отношениями и объединенных в коммуникативном и функционально-целевом отношении (Попова, 2015: 296)». Использованная Т.П. Поповой трактовка лишь частично отличается от понятия самого дискурса, на которое автор опирается при анализе отдельной части речевой практики – институционального дискурса.

 

Теория дискурсных формаций В.И. Тюпы

 

Один из наиболее интересных подходов к рассмотрению дискурсных формаций и дискурса в целом предложил отечественный исследователь Валерий Игоревич Тюпа (2010). В монографии «Дискурсные формации: очерки по компаративной риторике» он совмещает философскую и лингвистическую трактовки дискурса: теория дискурсных формаций В.И. Тюпы не только предлагает междисциплинарный подход к пониманию дискурса, но и намечает перспективу развития неориторики как научной дисциплины. Изначально преследуя цель разработать методологию компаративистики как области современной риторики, В.И. Тюпа в своей работе рассмотрел дискурсоведческую проблематику неориторики и заложил основы менталитетной компаративистики, базирующейся на коммуникативистской типологии модусов сознания (так называемые Мы-, Он-, Я- и Ты-менталитеты) (Тюпа, 2010: 5).

Ключевое место в теории В.И. Тюпы занимает дефиниция термина «дискурсная формация», которая характеризует «системы фундаментальных риторических компетенций, определяющие параметры коммуникативного поведения (производства и восприятия текстов), отвечающие исторически актуальному состоянию общественного сознания, его культурообразующей ментальности» (2010: 84). По мнению В.И. Тюпы, дискурсные формации выступают своеобразными сверхстратегиями достижения взаимопонимания между участниками коммуникации. В его концепции дискурсные формации характеризуются следующими ключевыми параметрами:

1)         базовой коммуникативной метаситуацией, подразумевающей типовое социальное пространство общения;

2)         базовой метастратегией общения, включающей в себя множество различных коммуникативных стратегий (соотносимых с речевыми жанрами) и характеризующей ментальное пространство коммуникации;

3)         референтную компетенцию дискурса (описание метаобъекта);

4)         креативную компетенцию (проявления метасубъекта);

5)         рецептивную компетенцию (характеристики метаадресата).

На наш взгляд, сегодня именно концепция В.И. Тюпы, включающая в себя четыре «семантические суперструктуры», наиболее релевантна медиадискурсивной деятельности как деятельности риторического толка, то есть воздействующей, побуждающей к действию. Классификация дискурсных формаций В.И. Тюпы включает в себя четыре крупных формации, формировавшихся, по его мнению, в темпоральной парадигме. При этом каждая новая формация, выходя на авансцену коммуникативного моделирования той или иной эпохи, сменяет предыдущую (предыдущие).

I.          Дориторическая дискурсная формация («дискурс покоя») характеризуется статусно-роевым характером коммуникации. Коммуникативная метаситуация дискурса покоя предполагает унитарное социальное пространство, в котором участники коммуникации (субъект и адресат) выступают как взаимотождественные, экзистенциально равные субъекты. Референтная компетенция в данном случае основана на прецедентной картине мира, а общение происходит на базе передачи некоторого знания, то есть неинтенционального содержания сознаний. Креативная компетенция дискурса покоя предполагает самоустранение, полное нивелирование личностного начала коммуникаторов (их равнозначность и взаимозаменяемость). На уровне рецептивной компетенции дориторическая дискурсная формация характеризуется «роевой» идентификацией «своих» участников коммуникации. Таким образом, базовой коммуникативной интенцией дискурса покоя выступает сохранение и поддержание устоявшегося миропорядка.

II.        Нормативно-риторическая