Представления журналистов об аудитории: социологическое осмысление

Ссылка для цитирования: Коломиец В.П. Представления журналистов об аудитории: социологическое осмысление // Медиаскоп. 2025. Вып. 4. Режим доступа: https://mediascope.ru/2922

© Коломиец Виктор Петрович

доктор социологических наук, профессор, заведующий кафедрой социологии массовых коммуникаций факультета журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова (г. Москва, Россия), vikkolomiets@ yandex.ru

Аннотация

Статья представляет собой теоретическое исследование, посвященное проблеме реконструкции представлений журналистов о своей аудитории в рамках социологии журналистики. В качестве центрального инструмента анализа используется понятие «представление» в его социальном смысле, позволяющее систематизировать данный феномен на четырех взаимосвязанных уровнях: методологическом – исходные представления автора, формирующие теоретическую рамку исследования; профессионально-дисциплинарном – устоявшиеся в журналистском сообществе общие суждения о природе, структуре и трансформации аудитории; институциональном – представления, детерминированные спецификой конкретных редакций (их целевой направленностью, профилем, позицией на медиарынке); индивидуально-типизированном – личные представления журналистов, складывающиеся под влиянием профессиональной социализации, культуры, идеологических взглядов и ролевой позиции в редакции. Принципиальная позиция автора заключается в концептуальном разведении понятий «СМИ» (как института) и «журналистики» (как профессии) с фокусом на последней. Хотя основное внимание уделено современному состоянию проблемы, в работе также применяется историческая экстраполяция для анализа отдельных аспектов. Конечная цель исследования – разработка теоретико-методологического фундамента для будущего эмпирического социологического исследования под условным названием «Аудитория глазами журналиста».

Ключевые слова: журналистика, социология журналистики, редакция, аудитория, представления, представления журналистов, аудиторные исследования

Постановка проблемы

Социологический подход к журналистике исходит из предпосылки о социальной природе данной профессии, изначально заложенной в ее основе как сущностное свойство (Блохин, 2020: 96). Несмотря на развернувшуюся в связи с развитием цифровых коммуникаций дискуссию о трансформации этой социальности (Марченко и др., 2023), социологический дискурс сохраняет статус одного из ключевых для интерпретации журналистики как профессии и социального института.

В рамках социологии журналистики значительное место традиционно отводится анализу аудитории. Однако он, как правило, смещен в сторону изучения каналов коммуникации или распространяемого контента. Более чем столетняя история «аудиторных» исследований демонстрирует волнообразный характер интереса к аудитории, пики которого приходятся на эпохи доминирования новых технических средств: печатной прессы, радио, телевидения, интернета (Коломиец, 2025: 16). Непосредственно в фокусе журналистской профессии аудитория не становится предметом столь же пристального внимания, поскольку исследовательский интерес смещается к эффектам медиаканалов.

Роль аудитории в журналистике внутренне противоречива. На уровне академической риторики удовлетворение ее информационных и досуговых потребностей объявляется центральной задачей (Свитич, 2024: 226). На практике же аудитория зачастую воспринимается журналистами как фактор, который в силу своей «низкой культуры» препятствует созданию «качественного» продукта (Смирнова, 2020). Это противоречие отражается и на академическом фронте: интенсивность исследований, непосредственно посвященных аудитории, остается невысокой. Наглядной иллюстрацией служит анализ библиографии Е.П. Прохорова «Социология журналистики (1965–1990)» (Прохоров, 1992), включающей 522 публикации советского периода. Частотный анализ показывает, что аудиторная тематика занимает лишь четвертое место (60 работ), уступая исследованиям прессы (106), журналистики как профессии (73) и общим вопросам массовой коммуникации (64).

В фундаментальном труде Д. МакКуэйла, переведенном на русский язык, аудитория также предстает «мерцающим» элементом: она отсутствует в перечне главных вопросов теории журналистики (МакКуэйл, 2013: 22), а среди факторов, стимулирующих разнообразие, не упоминаются многообразные запросы самой аудитории ((МакКуэйл, 2013: 24). Как отмечают современные ученые, исследования журналистики по-прежнему остаются в значительной степени «дисциплиной, ориентированной на производство» контента (Swart et al., 2022: 8). Социологическое изучение аудитории приобретает значимость в первую очередь тогда, когда служит интересам медиаиндустрии (Свитич, 2018).

В этом контексте работа И.Д. Фомичевой «Журналистика и аудитория» является одним из немногих отечественных исследований, напрямую нацеленных на практику: она призывает журналистов «знать настроения [аудитории], чувства, запросы, ожидания, учитывать их...» (Фомичева, 1976: 3). Е.Л. Вартанова детально анализирует причины маргинального статуса аудиторных исследований в отечественной традиции. Она указывает, что советская теория, сосредоточенная на задачах журналистики, априори отрицала возможность существования у аудитории индивидуальных – а тем более идущих вразрез с идеологией – информационных запросов, стремления к развлечению или альтернативным источникам новостей (Вартанова, 2019: 9).

Сегодня аудиторная проблематика становится не просто актуальной, а насущной для социологии журналистики. Это обусловлено не только расширением эмпирической базы за счет многочисленных измерений, но и тем, что ключевые практические проблемы профессии – неустойчивое финансирование и утрата доверия – упираются в качество отношений между журналистами и аудиторией. В современной медиаэкосистеме журналистика более не может воспринимать аудиторию как данность и вынуждена активно искать и завоевывать ее.

Необходимость сфокусироваться именно на представлениях журналистов об аудитории была концептуально обоснована Б.Н. Лозовским, указавшим на потребность в «инвентаризации представлений журналистского цеха» о тех, кто потребляет и не потребляет медиаконтент (Лозовский, 2008: 281). Таким образом, отсутствие теоретической проработки и эмпирического анализа связи между этими представлениями и журналистскими практиками выступает одной из центральных проблем социологии журналистики.

Цель статьи – рассмотреть представления журналистов об аудитории в их разнообразии: от индивидуально-типизированных до организационных и институциональных проявлений; синтезировать существующие научные знания о взаимосвязи аудитории и журналистики; сформулировать теоретическую основу для эмпирического социологического исследования указанной проблематики. В основе работы лежит теоретическая рефлексия, подкрепленная наблюдениями за профессиональными практиками, вторичным анализом эмпирических данных и достижениями научного сообщества.

Исходные представления исследователя

Прежде чем анализировать представления журналистов об аудитории, необходимо эксплицировать язык описания и исходные представления автора о предмете исследования. В работе используются ключевые понятия: «журналистика», «редакция», «аудитория», «представления». Остановимся на их операциональных трактовках, которые в дальнейшем будут уточняться и конкретизироваться.

«Журналистика» понимается здесь как деятельность дипломированных специалистов, аффилированных с редакцией и занятых созданием информационного или развлекательного контента (журналистские практики). Данное, намеренно «узкое» определение позволяет в условиях цифровой революции и множественности создателей медиаконтента выделить профессиональное ядро – выпускников профильных вузов, носителей профессиональной идеологии, составляющих основу журналистского сообщества. Именно эта группа представляет для нас существенный интерес. Кроме того, именно в таком качестве журналистика остается узнаваемой для аудитории как устойчивая культурная форма (Смирнова, Свитич, 2024).

«Редакция» трактуется как институциональное образование журналистов – «идеальный тип» (М. Вебер) медиаорганизации, в рамках которой автор создает контент, направленный на аудиторию, и обязан придерживаться определенных нормативных требований.

«Аудитория» – это социально сконструированная целостность (Иваницкий, 2010; Полуэхтова, 2016; Шариков, 2018; Назаров, 2023, Коломиец, 2025), описывающая как реальных, так и воображаемых получателей контента, которых стремятся охватить медиаорганизации. Данный термин позволяет объединить разнообразных пользователей и одновременно фиксировать целевую группу, существующую в ожиданиях журналистов и редакций.

Ключевое понятие «представления» заимствовано из отечественной психологии, где оно определяется как «ментальные образования различной степени сложности, целостности и точности, являющиеся продуктами многократной переработки психикой… информации… и выполняющие функцию структурирования и объяснения действительности» (Алишев, 2014: 151).

Специфика объекта заключается в том, что представления журналистов об аудитории латентны: они редко вербализуются, существуют в сознании (часто на подсознательном уровне) и проявляются преимущественно в продуктах деятельности – через ответ на вопрос: «Для кого создан этот контент?». Мы исходим из того, что эти представления социально детерминированы редакционной политикой, ролью и статусом журналиста, что позволяет рассматривать «представление» как полноценную социологическую категорию. Такой подход делает «видимыми» представления аудитории журналистами и открывает возможность для типологизации на разных уровнях функционирования профессии.

Теоретическая основа: теория социальных представлений. В качестве теоретического фундамента привлечена теория социальных представлений С. Московичи (Moscovici, 1998). Согласно ей, социальные представления – это системы идей, ценностей и практик, коллективно создаваемые и разделяемые членами группы для осмысления социальной реальности; это специфический способ понимания, который «создает реальность и здравый смысл» (Moscovici, 2000: 33).

В нашем случае такой группой выступают журналисты. Теория позволяет анализировать, как на разных уровнях (индивидуальном, редакционном, профессиональном) формируется иерархически выстроенный «общий смысл» (воображение) об аудитории.

Важным для нашего анализа является различение двух типов представлений: основанных на знании (если индивиды ищут истину об объекте) и основанных на убеждении (если представления поддерживаются через консенсус с другими) (Бовина, 2010: 9). Опора на теорию Московичи дает инструментарий для изучения структуры, степени разделяемости и распространенности тех или иных представлений об аудитории внутри журналистского сообщества.

Аудитория в журналистике: эволюция контекста и представлений

Согласно теории социальных представлений, эти ментальные образования существуют на коллективном уровне как безличное «знание», формирующееся в ходе культурной эволюции группы. Для профессионального сообщества журналистов такое коллективное знание об аудитории исторически трансформировалось под влиянием трех ключевых процессов: 1) развития коммуникационных технологий, 2) утверждения коммерческой логики в медиаиндустрии и 3) развития медиаисследований. Кратко охарактеризуем каждый процесс, поскольку именно они формируют контекст, в котором складываются современные профессиональные представления об аудитории.

1. Технологический детерминизм: от пассивного получателя к активному субъекту выбора. Эволюция от печатных СМИ к цифровой экосистеме радикально изменила роль аудитории в коммуникационной цепи (Вартанова, 2025). Если в традиционной трансмиссионной модели она завершала процесс, выступая объектом медиавоздействия, то сегодня аудитория переместилась в его начало. В условиях избытка контента и каналов именно она осуществляет суверенный выбор. Поиск и удержание аудитории становится экзистенциальной задачей, вынуждая журналистику менять отношение к ней, наполняя его рациональной рефлексией и поиском новых форм взаимодействия («вовлеченная», «публичная» журналистика).

2. Экономический императив: аудитория как капитал. Это требование усиливается доминирующей коммерческой логикой медиаиндустрии. Журналист в этой системе – ключевая фигура, создающая контент для аккумуляции аудитории как экономического капитала, который монетизируется рекламодателем. Таким образом, у журналиста формируется двойное представление: об аудитории как о населении с информационными потребностями и как о «целевой группе» – товаре для рекламного рынка. Однако цифровая эпоха лишила журналистов монополии на «создание» аудитории. Их главными конкурентами стали не только пользователи-создатели (UGC), но и технологические посредники (платформы, алгоритмы рекомендаций), которые, опираясь на big data, могут конфигурировать любые аудиторные группы по запросу рынка, минуя профессиональное журналистское сообщество (Тышецкая, 2024).

3. Социологическая рефлексия: поляризация исследовательских оптик. Опасения по поводу влияния медиа и потребности рекламы стимулировали более чем вековое развитие социологических исследований аудитории. Для нашего анализа ключевым является сложившаяся в них историческая поляризация между пассивной и активной моделью аудитории. Пассивная модель (теория «подкожной иглы») рассматривала аудиторию как однородную массу, подверженную прямому воздействию. Активная модель (теории «использования и удовлетворения», «кодирования/декодирования») представила аудиторию как сообщество избирательных интерпретаторов, чьи практики потребления детерминированы социальным контекстом.

Хотя эти концепции редко напрямую детерминировали журналистские практики, они сформировали два фундаментальных исследовательских подхода, которые имплицитно присутствуют в профессиональном сознании: аудитория как объект воздействия (фокус на эффектах, «декодировании»). Аудитория как совокупность пользователей (фокус на выборе, образе жизни, медиаграмотности).

Существенный, но менее очевидный социологический аспект – априорные ожидания аудитории от журналистики. Знание (или предположение) об этих ожиданиях составляет ядро профессиональных представлений. Современные исследования фиксируют запрос на «отзывчивую журналистику»: аудитория ожидает диалога, возможности высказаться, вовлечения в обсуждение (Uth, 2025; Wilhelm, Detel, 2024 и др.). Это свидетельствует о возрастающей релевантности модели активной, требовательной аудитории, особенно в цифровой среде, что неизбежно должно трансформировать ее образ в сознании профессионалов.

Современные представления журналистов об аудитории формируются в точке напряжения между унаследованными профессиональными схемами (где аудитория – объект/капитал), вызовами цифровой среды (где аудитория – суверенный субъект выбора и партнер по диалогу) и конкуренцией с технологическими платформами, перехватывающими функцию аудиторного таргетинга.

Представления об аудитории на редакционном уровне

Взаимодействие журналиста с медиаорганизацией порождает два взаимосвязанных уровня представлений об аудитории, которые могут как гармонично сочетаться, так и вступать в конфликт. Первый уровень определяется конкретной редакционной задачей, профессиональной нишей издания и контекстом. Это представление носит инструментальный характер. Например, для делового издания аудитория – это предприниматели, интересующиеся вопросами управления; для спортивного – спортсмены, болельщики, фанаты. Такое представление обычно опирается на социологические исследования, статистику и четко сконфигурировано под цели издания. Оно достаточно подвижно и может измениться при смене места работы или редакционной стратегии. Второй уровень носит абстрактный, ценностный характер и часто обозначается как «воображаемая аудитория» (Nelson, 2021). Это профессиональная аксиоматика, сформированная образованием, самообразованием, профессиональным опытом и личной рефлексией журналиста (Лозовский, 2008). В отличие от инструментального, это фундаментальный элемент профессиональной идентичности, определяющий глубинные целевые устремления и подход к аудитории в целом.

Именно этот уровень представляет наибольший интерес, так как он определяет базовую профессиональную позицию. Здесь можно выделить две полярные установки. Установка на вовлечение и диалог. Эта позиция отражена в концепциях «вовлеченной», «публичной», «конструктивной» журналистики. Ее сторонники убеждены, что тесное сотрудничество с аудиторией обогащает контент, повышает его релевантность и может вести к новым моделям финансирования (социальный краудфандинг). Научно этот подход описывается как «эвристическая модель включения аудитории» (Loosen, Schmidt, 2012). Критики, однако, видят в нем риск «растворения» символического капитала и элитарности профессии. Установка на дистанцию и элитарность. Эта позиция предполагает проведение четких границ между журналистом и аудиторией. Она выражена, например, в парасоциальных концепциях (Claessens, Van den Bulck, 2015), которые фокусируются на одностороннем воздействии. Такой подход сохраняет за журналистами статус интеллектуальной элиты, обладающей экспертной властью и правом «управлять» аудиторией, исходя из профессиональных знаний и норм.

На основе этих общих установок в редакционной практике формируется иерархия более конкретных представлений.

Базовые (стереотипные) представления. Это усредненные, социокультурные конструкты, основанные на демографических («мужчины», «молодежь») и психографических («образованные», «богатые») стереотипах. Они наиболее близки к «социальным представлениям» в теории Московичи (Moscovici, 1998), являясь консенсусным, контекстуально зависимым продуктом профессиональной социализации. Эти представления служат фоновой детерминантой, влияя на выбор тем, язык и стиль.

Целевые представления («целевая аудитория»). Этот тип основан на детальном анализе данных (опросы, веб-аналитика, статистика подписок) и фокусируется на конкретной группе, объединенной общими интересами (например, молодые предприниматели, жители района). Эти научно выверенные представления (см. пример внедрения аналитики в РБК, Шароян, 2019) напрямую определяют редакционную политику: тематику, экспертный пул, язык и формат контента.

Нишевые представления. Наиболее узкий и специализированный тип. Редакция ориентируется на небольшую, высоко вовлеченную группу с уникальными интересами или экспертизой (например, субкультура, профессиональное сообщество). Такое представление требует глубокого погружения в специфику и позволяет создавать узкоспециализированный, терминологически насыщенный контент.

Предложенная типология – от полярных профессиональных установок (вовлечение vs. дистанция) до иерархии конкретных редакционных конструктов (базовые → целевые → нишевые) – не исчерпывает всего многообразия, но задает системные координаты для анализа. Она позволяет перейти от теоретической рефлексии к разработке программы эмпирического исследования, необходимого для изучения того, как эти уровни представлений взаимодействуют в сознании конкретных журналистов и редакций.

Индивидуально-типизированные представления: ролевые структуры журналиста

Журналистика глубоко практична и контекстуальна. Журналист, как правило, работает в организации со сложившимися представлениями об аудитории, которыми он вынужден руководствоваться. Однако в основе его профессиональной позиции лежат личные убеждения и ценности, которые конфигурируют деятельность вне зависимости от обстоятельств. К ним относятся и базовые представления об аудитории, формирующиеся в процессе образования и профессиональной социализации. Именно через призму этих имплицитных представлений реализуются целевые задачи профессии, что можно обозначить как внутреннюю телеологию журналистской деятельности, наполненную профессиональной «теологией» – комплексом норм, идей и ценностей.

В рамках теории социальных представлений ключевым фактором, формирующим индивидуальные представления об аудитории, является роль, которую журналист выбирает или на которую ориентируется в профессиональной деятельности. Существует множество классификаций журналистских ролей – от моделей «агитации», «рынка» и «попечителя» (МакКуэйл, 2013: 148-149) до типологий Ханица (Hanitzsch, 2011) и детальных структур Аникиной (Аникина, 2024: 105-106). Опираясь на них, мы формулируем аналитическую типологию как инструмент для теоретического анализа, учитывая, что журналисты часто сопротивляются навязыванию ролей извне (МакКуэйл, 2013: 35).

В основе предлагаемой типологии лежат три ролевые структуры, представляющие различные варианты служения обществу: «идеологический работник», «экономический агент» и «культурный посредник». Они схематично отражают ключевые профессиональные ориентации и вытекающие из них представления об аудитории (см. Таблицу 1).

Таблица 1

Ролевые структуры журналиста и вытекающие из них представления об аудитории

1. Журналист как «идеологический работник». Вопреки нормативным представлениям, разделяющим журналистику и пропаганду, эта роль, с точки зрения структурно-функционального подхода, остается одной из самых распространенных. Ее цель – легитимация власти, интеграция общества, сохранение его устоев через трансляцию доминирующих идей. В условиях информационной перенасыщенности и «растворения» границ истины роль такого журналиста даже возрастает: он выступает как «сито», фильтрующее информационный поток и фиксирующее некие социальные константы. Как отмечал Ж. Эллюль, пропаганда – центральное звено в механизме функционирования любого общественного порядка (Элюль, 2023: 17).

Аудитория в этой модели – это в основном пассивные граждане, обладающие технологическими возможностями, но не готовые к постоянной активности. Здесь эффективна трансмиссионная модель коммуникации, а современные инструменты измерения позволяют алгоритмически конструировать целевые группы.

2. Журналист как «экономический агент». Реализуя эту модель, журналист рассматривает аудиторию как экономический ресурс, от объема и качества которого зависит его доход. Аудитория здесь – активный пользователь, осуществляющий индивидуальный выбор. Однако понятие «пользователь» теряет коллективное измерение, центральное для концепта «аудитория», что создает терминологический разрыв.

Основная сложность этой модели – редукция профессии к зарабатыванию денег («сдвиг мотива на цель»). Когда прибыль становится главной детерминантой деятельности, влияющей на сознание и разумность общества, журналист рискует окончательно утратить доверие и слиться с блогосферой, инфлюенсерством и генеративным ИИ.

3. Журналист как «культурный посредник». Эта роль выходит за рамки «культурной журналистики». Речь идет о посредничестве в широком смысле – трансляции смыслов социальной жизни, как ее понимает культурсоциология (Александер, 2013). В условиях дефицита объединяющих идей и пространства смысловой борьбы журналист-посредник может брать на себя функцию «интеллектуала-специалиста» – эксперта, который не просто сообщает факты, но и помогает ориентироваться в реальности, конструируя понимание.

Опираясь на размышления Ж.-Ф. Лиотара (2025), можно обозначить контуры этой роли. Это не «медиаинтеллектуал», лишенный собственного поля компетенций (Янпольская, 2022), а авторитетный профессионал с глубокими знаниями в определенной области, чья легитимность подтверждается устойчивой позицией в медиаполе. Такой журналист говорит от лица некой универсальной ценности (человечности, справедливости) и обращается ко всем (Лиотар, 2025).

Аудитория здесь – «осознанные участники выбора», пространство для культурной культивации. Как отмечал Лиотар, сама идея культурной деятельности предполагает, что аудитория нуждается в развитии вкуса, восприимчивости, способности к выражению (Лиотар, 2025). Главный нерешенный вопрос этой идеальной модели – экономическое обеспечение такой деятельности, что может вести к трансформации журналиста в узкопрофильного эксперта, для которого публицистика становится формой интеллектуального самовыражения.

Заключение и перспективы исследования

Проведенная теоретическая рефлексия позволила предложить многоуровневую схему анализа представлений журналистов об аудитории. Мы рассмотрели эти представления на индивидуально-типизированном уровне (через призму трех ролевых структур), на редакционном уровне (базовые, целевые, нишевые представления) и в широком социально-историческом контексте (технологическом, экономическом, научном).

Предложенная систематизация, безусловно, схематична и не исчерпывает богатства реальности, однако она выполняет важную инструментальную функцию: служит теоретико-методологическим основанием для перехода к эмпирической фазе исследования.

Перспективы эмпирической верификации могут быть реализованы в исследовании под условным названием «Аудитория глазами журналистов» и включать: качественный этап: полуформализованные интервью с журналистами, построенные на основе разработанной типологии (ролевые структуры, уровни представлений); контент-аналитический этап: сравнительный анализ дискурса интервьюируемых журналистов и аудиторных интенций их авторских текстов для выявления латентных представлений; исследование взаимных ожиданий: отдельное направление, фокусирующееся на концепте взаимных ожиданий между журналистикой и аудиторией, что является ключом к диагностике состояния их отношений.

Таким образом, весь пафос данного теоретического построения направлен на актуализацию аудиторной проблематики как центральной для социологии журналистики. В условиях кризиса доверия и финансирования профессии понимание того, как журналисты мыслят свою аудиторию, становится не просто академическим интересом, а насущной необходимостью для осмысления будущего журналистики.

Библиография

Александер Дж. Смысл социальной жизни: культурсоциология. М., 2013.

Алишев Б.С. Понятие представление в современной психологии // Ученые записки Казанского университета. 2014. Том 156, кн.6.

Аникина М.Е. Профессиональная культура журналиста в пространстве академических исследований: опыт структурирования и систематизации // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. 2024. № 6. С. 98–114.

Блохин И.Н. Петербургская школа социологии журналистики: источники, этапы, направления исследований / Очерки Петербургской школы журналистики. К 70-летию Сергея Григорьевича Корконосенко: сб. ст. / ред.-сост. И.Н. Блохин, З.Ф. Хубецова, А.Н. Марченко. СПб, 2020.

Бовина И.Б. Теория социальных представлений // Социологический журнал. 2010. № 3. С. 5–20.

Вартанова Е.Л. Представления аудитории о СМИ: к вопросу о теоретическом осмыслении // Меди@льманах. 2019. № 4. С. 8−19.

Вартанова Е.Л. Технологии коммуникаций в контексте развития общества: «перекосы» или «связанность»? // Меди@льманах. 2025. № 1 (126). С. 8–17.

Иваницкий В.Л. Гомогенная национальная аудитория: к определению термина // Медиаскоп. 2010. Вып. 4. Режим доступа: http://www.mediascope.ru/node/713

Коломиец В.П. Аудитория цифрового медиапространства: социологическая концептуализация // Социологические исследования. 2025. № 10. С.15–30.

Лиотар Ж-Ф. Что могут интеллектуалы? // Gorky.media. Режим доступа: https://gorky.media/context/cto-mogut-intellektualy?ysclid=mmnh80d64w92324741 (дата обращения: 02.08.2025).

Лозовский Б.М. Аудитория и СМИ: взаимодействие и манипулирование // Известия Уральского гос. ун-та. Сер. 1. Проблемы образования, науки и культуры. 2008. № 56. Вып. 23. С. 277–291.

МакКуэйл Д. Журналистика и общество. М., 2013.

Марченко А.Н., Веденклей А.С., Янь Л., Инкю К. Социальность журналистики, медиа и интернета: поиски перспективы // Вопросы журналистики. 2023. № 13. С. 49–69. DOI: 10.17223/26188422/13/3

Назаров М.М. Медиа: аудиторные тренды. Человек в современной российской медиасреде. М., 2023.

Полуэхтова И.А. Исследования аудитории и медиапотребления в цифровой среде: методологические и практические проблемы // Медиаскоп. 2016. Вып. 4. Режим доступа: http://www.mediascope.ru/2199 Обращение 18 июля 2025.

Прохоров Е.П. Социология журналистики. Материалы к библиографии 1965–1990. М., 1992.

Свитич Л.Г. Журналисты и аудитория. Из социологического архива (1920–2015 гг.): монография. М., 2018.

Свитич Л.Г. Феноменология журналистики. Монография. К 95-летию Я.Н. Засурского. Ч. 1. Ноуменология журналистики. М., 2024.

Смирнова О.В., Свитич Л.Г., Шкондин М.Г. Роль журналистики в медиатизирующемся жизненном мире повседневности // Вопросы теории и практики журналистики. 2020. Т. 9. № 4. С. 595–611.

Смирнова О.В., Свитич Л.Г. Аксиология журналистики в научном дискурсе: опыт исследований факультета журналистики МГУ // Меди@льманах. 2024. № 5 (124). С. 20–26.

Тышецкая А.Ю. Трансформация медиаплатформы в цифровую медиаэкосистему: траектория преобразования (на примере группы «ВК»). Меди@льманах. 2024. № 6 (125). С. 42–56.

Фомичева И.Д. Журналистика и аудитория. Теоретические проблемы городской аудитории средств массовой информации и пропаганды. М., 1976.

Шариков А.В. Трансформация понятия «аудитория СМК» в отечественных научных публикациях // Меди@льманах. 2018. № 2. С. 18–26.

Шароян С.В. Влияние внедрения инструментов веб-аналитики на редакционные процессы (на примере анализа работы редакции РБК) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2019. № 1. 72–93.

Эллюль Ж.С.Э. Феномен пропаганды. М., 2023.

Янпольская Я.Г. На выходе из карантина: ночь интеллектуалов // Вестник РГГУ. Серия «Философия. Социология. Искусствоведение». 2022. № 2. С. 23–39.

Claessens N., Van den Bulck H. (2015) Parasocial relationships with audiences’ favorite ce- lebrities: the role of audience and celebrity characteristics in a representative flemish sample. Communications 40 (1): 43–65.

Hanitzsch T. (2011) Populist Disseminators, Detached Watchdogs, Critical Change Agents and Opportunist Facilitators: Professional Milieus, the Journalistic Field and Autonomy in 18 Countries. International Communication Gazette 73 (6): 477–494.

Loosen W., Schmidt J-H. (2012) (Re-) discovering the audience: the relationship between journalism and audience in networked digital media. Information, Communication & Society 15 (6): 867–887.

Moscovici S. (1998) The history and actuality of social representations. The psychology of the social. In U. Flick (ed.) Cambridge: Cambridge University. P. 209–247.

Moscovici S. (2000) The phenomenon of social representations. Social representations: Explorations in social psychology. In G. Duveen (ed.) New York: New York Universty Press. P. 18–77.

Nelson J.L. (2021) Imagined Audiences: How Journalists Perceive and Pursue the Public. New York: New York Universty Press.

Swart J., Groot K.T., Costera M.I., Broersma, M. (2022). Advancing a Radical Audience Turn in Journalism. Fundamental Dilemmas for Journalism Studies. Digital Journalism 10 (1): 8–22. DOI: https://doi.org/10.1080/21670811.2021.2024764

Uth B. What Does the Audience Expect When Interacting with Journalists? A Q-sort Study. Journalism Practice. DOI: https://doi.org/10.1080/17512786.2025.2551986

Wilhelm C., Detel H. (2024) Great expectations? A taxonomy for expectancy research in journalism studies. Journalism 25 (10): 2171–2190.