Ссылка для цитирования: Иванян Р.Г. Солидарность в комментариях к истории кота Твикса в «Фонтанке.ру» // Медиаскоп. 2024 Вып. 4 Режим доступа: https://www.mediascope.ru/2884
© Иванян Рузанна Гургеновна
кандидат политологических наук, доцент кафедры журналистики и медиатехнологий СМИ Высшей школы печати и медиатехнологий Санкт‑Петербургского государственного университета технологии и дизайна (г. Санкт-Петербург, Россия), rouzanna@youthcentre.ru
Аннотация
Автор статьи анализирует реакцию пользователей на публикации об истории кота Твикса в городском общественно-политическом онлайн СМИ Санкт-Петербурга «Фонтанка.ру». Были проанализированы комментарии к 5 материалам издания, вышедшим в свет с 19 по 25 января 2024 г. (N=562). Автор приходит к выводу, что, несмотря на повышенный интерес аудитории, приравнивать ее сетевую активность, выраженную в комментировании, к солидарности не представляется возможным.
Ключевые слова: кот Твикс, журналистика, животные, солидарность, онлайн-комментарии, Интернет, «Фонтанка.ру»
Введение
О связи животных и людей написано и сказано многое. Великие философы и мыслители обычно склонялись к идее о том, что отношение к животным является мерилом нравственности и гуманистичности общества. Важнейшим элементом современной этики становится признание за животными морального статуса, аналогичного человеческому.
Сетевая среда предлагает громадный объем связанного с животными контента: от онлайн сообществ помощи «потеряшкам», web-страниц зоозащитных организаций до специализированных узкотематических полупрофессиональных медиа. Это соответствует ценностным ориентациям аудитории, любовь к домашним питомцам имеет глубоко идущие исторические и культурные корни. Хотя бы одну кошку содержат почти половина граждан страны1. Практически все владельцы домашних животных считают их членами своей семьи2.
В традиционных СМИ темы о животных уверенно вторгаются в пространство общественно-политической журналистики. Принятие законотворческих норм о содержании зверей, трагичные или смешные истории с животными, судьбы домашних питомцев великих мира сего и другие сюжеты регулярно попадают в мейнстрим медиа. Мы рассматриваем журналистику, в которой на первый план выходит морально-нравственная составляющая, как направление гуманитарной повестки СМИ (Фролова, 2015). Она существует в параллелях и пересечениях с интернет-средой. Рискнем предположить, что медиасфера реагирует и усиливает постулаты новой этики, способствует трансформации образа питомца в массовом сознании. Так, например, «очеловечение животных» давно стало широко распространенным сюжетом коротких, вирусных роликов, мемов (White, 2020). Вспомним популярный несколько лет назад мем с котами, которые смотрят сверху на спящего человека и как бы говорят шаблонные фразы: «Наташа, ты спишь?», «Вставай, мы там все уронили» и др. Конструкция шутки, где сразу несколько котов пытаются достучаться до интернет-зрителя, прекрасно подошла к любым событиям и новостям – от пасхальных поздравлений («Наташ, вставай, Христос Воскрес!»), падения курса доллара («Наташ, вставай, доллар по 72») до выступления президента РФ («Наташ, вставай, мы всех победили, и половцев, и печенегов»). «Производные» мема активно распространялись в связи с введением карантина и режима самоизоляции, «откликаясь» на все аспекты новой реальности и пародийно дезавуируя их (Осьмухина, Трушкина, 2022: 164–165). 87% мемов, созданных на этой основе, привлекли внимание огромного числа людей и набрали более 40 000 лайков (Кочмарев, 2020: 189). Беззащитность, игривость и другие черты «интернет-котиков» используется в контексте и других тем, не связанных с животными напрямую, например, в активистских онлайн кампаниях (Evans, 2023).
Выбранный нами для изучения кейс (история кота Твикса) отличается от сюжетов многочисленных рилсов, видео, фото, мемов. Речь идет о социальной ответственности человека перед теми, кто от него зависит, т.е. здесь артикулируются воспитательные, ценностные, образовательные ориентиры медиа и их вклад в формирование новой этики. В истории кота Твикса резонируют и традиционные аспекты деятельности медиа: обращение к острым, ярким, сиюминутным темам, вызывающим эмоциональную реакцию общества, драма с трагическим концом, риторическими вопросами и черно-белыми оттенками жертвенности и насилия. И в то же время медиарепрезентация судьбы домашнего питомца имела потенциал не только для выражения общественного негодования, но и для выхода на более глобальный уровень: обозначения общественной проблемы и формулирование запроса на ее решение.
Теоретическая рамка
Статья посвящена изучению цифровой солидарности в комментариях пользователей. Концепт солидарности насчитывает почти двухсотлетнюю историю изучения. Имеющиеся сегодня определения делают акцент на активном сочувствии мнениям или действиям; единстве убеждений и действий; достижении общих групповых целей; общности интересов, ценностей, жизненных смыслов; согласовании действий; круговой поруке; взаимопомощи; совместной ответственности или совместной борьбе; идентификации по различным основаниям и т. п. (Рафикова, 2019; Попов, 2021; Шкудунова, 2015).
Роль цифровой среды в создании и поддержании солидарности усиливается, пишут многие исследователи (Юдина, Алексеенко, 2020). М. Грановеттер подчеркивал, что создаваемые при помощи всемирной сети связи хотя и не обладают сильным характером, все же играют важную роль в создании социальной сплоченности, поскольку информация, которая распространяется с их помощью, помогает людям ориентироваться в социуме (Granovetter, 1973; Грановеттер, 2009).
Основой цифровой солидарности становится опыт конструирования личных социальных сетей (Артамонов, 2019: 129), горизонтальных взаимоотношений между индивидами (Сивко, Корнева, 2023). Сетевое пространство позволяет решать сразу несколько задач в контексте солидарности: осуществляет инструментальные функции, в т. ч. создает поле для создания и укрепления горизонтальных связей; отражает тренды, формы, подходы оффлайн солидарности; формирует свою, особую, цифровую онлайн солидарность. И.В. Ксенофонтова понимает под ней форму социального взаимодействия в онлайн-пространстве, в основе которой лежит объединение пользователей «на основе доверия и общности интересов в ситуации интенсивного регулярного обмена информацией в ходе интернет-коммуникации» (Ксенофонтова, 2014).
Еще одно определение цифровой солидарности дают Л.Б Зубанова, Н.Л Зыховская: «Практика ситуативно переживаемого единства, возникающая на основе сопричастности действенно-коммуникативному акту (событию, случаю, искусственно сконструированному или реально наличествующему информационному поводу) и демонстрируемого интернет-аудиторией в пространстве виртуальных коммуникаций». Исследовательницы считают, что такая солидарность носит «промежуточный» характер, может перерасти в «реальную», а может и затихнуть. Поэтому они называют ее «транзитной».
Цифровой солидарности характерен ряд признаков: спонтанный характер возникновения и стихийный механизм распространения; кратковременная публичная демонстрация единства; подвижная основа идентификации с группой (отсутствие реально скрепляющих социальных связей, парадоксальность конфигураций, а порой и соединение в единой акции изначально конфликтных групп, в традиционных сферах занимающих позицию «своих и чужих»); нацеленность на символические коммуникативные практики взаимодействия; приоритет процесса формирования солидарности (событийны именно практики вовлечения) над результатом (сформированными и устойчивыми основаниями единства) (Зубанова, Зыховская, 2019).
Цифровая солидарность может принимать разные формы, так, например, в 2008 г. Ф. Сталдер выделил четыре: «сообщество», «группа», «рой» и «слабая сеть» (Stalder, 2013). Для действенности солидарности необходимы определенные предпосылки: наличие достижимой цели, средств, т. е. доступных всем ресурсов, привлекательное предложение, актуальное для критически важного числа людей, приемлемость условий, которые индивид должен принять, чтобы стать частью цифрового сообщества. Только когда указанные измерения совпадают для большого количества людей (предложение заманчиво, инструменты доступны, а плата невысока), начинается объединение и реализация конкретных действий, считает К. Ширки (Shirky, 2008).
Рамка солидарности в контексте социальной журналистики малоизучена. С одной стороны, именно на интересе журналиста к тому или иному вектору гуманитарной повестки строится его дальнейшая работа, не исключено, что в каких-то случаях профессиональная мотивация опирается на идеи солидарности. С другой стороны, сложно провести границы между профессиональным интересом и солидарностью, попытками «поймать хайп» и трафик пользователей на теме, которая обладает большим медиатизационным потенциалом и искренним соучастием.
Комментирование журналистских публикаций в сети Интернет развивается как самостоятельный феномен, имеющий свои закономерности (Топчий, 2021: 111). Мотивация к чтению и написанию комментариев в Интернете обусловлена потребностью в социальном взаимодействии и эмоциональном самовыражении (Дьякополус, Нааман, 2011), а формирование мнений носит кумулятивный, а не делиберативный характер (Бодрунова, 2023). «В Интернете коммуникация по принципу “круглого стола”, где каждый выслушивает каждого, замещается одновременным говорением многих микро-акторов с минимальным объемом внимания друг к другу. Тем не менее доминирующие мнения в дискуссии все равно формируются – путем накопления сходных позиций» (Бодрунова, 2023: 90). Как связано выражение мнений и цифровое участие с солидарностью – вопрос, нуждающийся в концептуализации.
Хотя цифровая коммуникация в форме онлайн-комментирования может рассматриваться как один из способов мобилизации в контексте цифрового политического участия (Радина, 2018: 115), солидаризация на базе комментирования, т. е. выявление атрибутов солидарности в комментариях пользователей, практически не исследована.
Истории жестокого обращения с животными традиционно вызывают всеобщее возмущение. Смещение информационных потребностей аудитории с фактов на эмоции в цифровом пространстве (Павлушкина, 2023) создает почву для эмоционального всплеска по подобным темам. Выявление в комментариях аудитории не только эмоциональных реакции гнева и злости, но и признаков солидарности становится интересной исследовательской задачей.
Объект, предмет и методология исследования
Одиннадцатого января 2024 г. пассажир с переноской, в которой был кот по кличке Твикс, сел на поезд дочерней компании ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») ФПК по маршруту Екатеринбург – Санкт-Петербург. На животное был оформлен специальный билет. Во время стоянки в Кирове проводница, обнаружив четвероногого, прогуливающимся по вагону, опросила пассажиров, но в итоге предположила, что кот попал в поезд случайно. В результате он оказался на перроне, где на тот момент было около минус 35. Впоследствии видео с камеры наблюдения, зафиксировавшей этот факт, стало важной частью распространяющегося в сети контента. Мужчина, перевозивший животное, заявил о пропаже спустя семь часов, хозяева объявили награду, а узнав, что питомец оказался в мороз на перроне, обратились в полицию с требованием возбудить дело, в чем им было вначале отказано. Твикса искали несколько дней, число добровольцев по разным оценкам варьировалось от 300 до 5000 человек. Труп животного обнаружили в километре от вокзала на железнодорожных путях. ОАО «РЖД» провело служебное расследование, не обнаружило формальных нарушений, но отстранило проводницу от работы, принесло извинения и пообещало изменить систему перевозки животных.
В декабре 2024 г. уголовное дело в отношении проводницы поезда было прекращено из-за отсутствия состава преступления. Записи с видеокамер показали, что Твикса на улицу вынесла не она, а какой-то пассажир, поскольку «все полагали, что кот забежал в вагон случайно». Ранее во всех СМИ утверждалось, что именно проводница осуществила высадку кота на перрон, однако это не соответствует действительности. Проводницу обвинили в том, чего она не делала вообще», – заявил адвокат3.
Трагичных эпизодов, связанных с братьями меньшими, в Интернете предостаточно, но именно этот сюжет трансформировался в медиасобытие федерального масштаба. На историю отреагировали не только СМИ, но и близкие к принятию политических решений акторы. Эпизод совпал по времени с введением эвтаназии безнадзорных животных в трех субъектах РФ после внесения изменений в Федеральный закон «Об ответственном обращении с животными» и статью 44 Федерального закона «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах РФ». Изменение этих норм в итоге становится причиной смерти намного большего числа животных, но реакция в социальных сетях на них несравнимо меньше, чем на историю Твикса.
По состоянию на 20 января в чате по поиску животного было больше 7 тысяч пользователей, петицию с требованием уволить проводницу подписали 110 тысяч человек, петицию о возбуждении в отношении нее уголовного дела – 38 тысяч человек. Только в изучаемом нами СМИ новость о смерти кота на странице издания за 4 часа набрала 360 комментариев, а в Telegram-канале – более 1.500 реакций и 560 комментариев. Для сравнения – ближайший по времени пост с историями жен мобилизованных собрал намного меньше реакций (211 реакций и 38 комментариев за два часа)4.
Цель нашего исследования заключалась в выявлении признаков солидарности в комментариях пользователей про историю кота Твикса на странице обще
Русский
English