Ссылка для цитирования: Акулович И.А. Средства выражения и прагматические функции иронии в текстах профессионального сообщества IT-специалистов // Медиаскоп. 2024 Вып. 4 Режим доступа: https://www.mediascope.ru/2880
© Акулович Ирина Анатольевна
старший преподаватель кафедры связей с общественностью и рекламы Института философии человека Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена;
ассистент кафедры «Связи с общественностью» Гуманитарного факультета Санкт-Петербургского государственного электротехнического университета «ЛЭТИ» им. В.И. Ульянова (Ленина) (г. Санкт-Петербург, Россия), irinaakulovich@mail.ru
Аннотация
В представленном исследовании ирония рассматривается как составная часть культуры коммуниканта, относящего себя к IT-сообществу. Материалом для исследования послужили статьи специализированного цифрового журнала «Хакер» за 2020–2023 гг. В статье предпринимается попытка выделить основные средства создания иронии в тексте IT-тематики, определить преобладающие функции, выполняемые иронией в среде IT-специалистов, и проанализировать роль иронии в формировании успешной коммуникации.
Ключевые слова: комическое, ирония, юмор, IT-сообщество, коммуникация в IT-сообществе, сетевое издание.
Для современного медиадискурса характерно беспрецедентное внимание к форме подачи материала. Данный феномен коренится в сегментированности медиарынка, вследствие чего адресатом конкретного СМИ зачастую оказывается предельно узкая группа людей, объединенная каким-либо (возрастным, социальным, профессиональным) признаком. Также известно, что «характерной особенностью современного этапа развития культуры является усиление личностного начала во всех сферах деятельности человека» (Голованова, 2011: 41). Можно сказать, что авторы узконаправленных изданий знают своего читателя в лицо. Это знание побуждает сделать общение с читателем менее формальным и более личным. Этим объясняются особенности взаимодействия с потребителями медиаконтента и повышенное внимание к композиционным формам и стилистике как отдельно взятого текста, так и издания в целом.
Современный медиадискурс уделяет особое внимание интимизации отношений с аудиторией – авторы медиа создают некий «свой» круг, основываясь на единстве оценки различных социальных явлений. Одним из ключевых средств такого присоединения по-прежнему остается единение в смехе – провокация совместной смеховой реакции на какой-либо стимул. Таким образом, мы можем предположить, что различные формы комического окажутся в числе доминирующих способов подачи материала во многих сферах медиадискурса. Вряд ли сфера информационных технологий является исключением в этом смысле, поэтому IT-сообщество видится нам подходящим «модельным объектом» для изучения данного феномена.
По нашему мнению, профессиональная коммуникация не исключает личностного начала; более того, в ней есть такие сегменты, где очень важен личностный фактор. Цель настоящего исследования состоит в том, чтобы на примере текстов, порождаемых внутри IT-сообщества, выявить потенциальную специфику, характерную для применения иронии в профессиональной коммуникации программистов, определить средства создания иронии и функции, которые она выполняет в рамках профессионального общения. Объектом исследования выступают статьи, пишущиеся IT-специалистами для IT-специалистов, то есть предназначенные для внутреннего круга; предметом исследования выступают средства создания иронии и прагматические функции иронии как приема выражения личностного начала в профессиональной среде.
Общение внутри какого-либо профессионального коллектива осмысляется как общение «своих» со «своими». Для «внутреннего» круга характерен высокий процент фатической коммуникации, результатом чего неизменно становится обращение к различным формам комического. Н.Д. Арутюнова говорит о комическом как национально ориентированном общении, а о фатической речи – как о самом национально специфическом речевом феномене, имея в виду, что для понимания комизма необходимы фоновые знания об общем с адресатом историко-культурном багаже (Арутюнова, 1992: 55). В частности, востребованной формой комического в подобном кругу общения является ирония: она применяется как средство завуалированного выражения негативного отношения к чему-либо, как самоирония в отношении самого речевого сообщества, наконец, как элемент корпоративной культуры, в рамках которой она используется как средство безболезненного разрешения конфликтов. Наша задача состоит в том, чтобы показать на конкретных примерах специфику того, как ирония выполняет вышеуказанные функции в рамках профессионального сообщества.
Для понимания среды, роль иронии в которой мы исследуем, необходимо в общих чертах обозначить социально-психологические особенности членов русскоязычного IT-сообщества, которые определяют характер создаваемых текстов.
Для начала обратимся к характеристикам, которые дают сами себе русскоязычные IT-специалисты, а также ко мнению о них зарубежных товарищей по роду деятельности. По данным, приводимым С.С. Мерзляковым, русскоязычным IT-специалистам свойствен индивидуализм и нелюбовь к стандартным задачам (Мерзляков, 2020: 1043). Таким образом, одной из характерных черт российских IT-специалистов можно назвать избегание рутины при невозможности окончательного избавления от нее. В таком случае одним из механизмов психологической защиты при подобной ситуации может служит как раз ироническое отношение к ней.
С.С. Мерзляков отмечает и другую яркую черту образа российского айтишника: «Одной из причин отличия российских специалистов от иностранных была названа такая исторически обусловленная особенность подготовки кадров, как недостаток информации. В отсутствие современных технологий российские специалисты не могли создавать конечный продукт из готовых модулей, создаваемых узкоспециализированными командами и отдельными разработчиками в странах с развитыми технологиями. Поэтому российским специалистам в силу необходимости приходилось разбираться в тех областях, которые не являлись для них “родными”. Это, возможно, и послужило причиной появления того, что называется “смекалкой российского технаря”, то есть универсализма российского специалиста» (Мерзляков, 2020: 1050) – то есть для российского программиста типично умение на постоянной основе разбираться в новом материале, чуть ли не ежедневно осваивать новые навыки (отметим, что такая необходимость тоже влечет за собой потребность в психологической защите со всеми вытекающими последствиями).
Согласно исследованиям, психологический портрет русскоязычного IT-специалиста естественным образом обладает чертами, оцениваемыми как негативно, так аи позитивно: требовательностью, относительной неуправляемостью, неуважением к менеджменту, конфликтностью, нежеланием (или неумением) работать в группе, пренебрежением к инструкциям, стандартам и процедурам – и в то же время творческим подходом к решению возникающих перед ними задач и высоким уровнем профессионального образования (Малуев, Мелихов, 2005; Томсетт, 2005; Верещагина, 2012). Как пишет Л.А. Верещагина, «анализ доминирующих потребностей и мотивов показал, что самыми значимыми для IT-специалистов является стремление к самоактуализации в профессии, к творчеству, к признанию достижений коллегами. Они ориентированы на создание нового продукта (доминирует производительная, рабочая направленность). Общежитейская направленность менее выражена, но, вместе с тем, имеется стремление к материальному благополучию (сформированные материальные потребности). Кроме того, средний уровень удовлетворенности работников факторами своего труда требует поиска новых задач, разработки нового продукта, возможностей самовыражения» (Верещагина, 2012: 109). Другими учеными «подчеркивается необходимость [для программиста] таких качеств, как способность к абстрагированию и пониманию отношений между элементами, гибкость мышления, критичность, склонность к планированию, анализу и систематической работе, готовность пополнять знания и переучиваться; признаются существенными и вербальные, и невербальные компоненты мышления… По результатам тестирования можно отметить следующие свойства интеллекта, которые выделяют программистов из других групп респондентов. Это вербальные способности, логическое мышление и эрудиция» (Орел, 2007: 70–71). Для студентов, обучающихся по специальностям, связанных с информационными технологиями, то есть будущих программистов, выявлено, что их «ядро сети акцентуаций… весьма своеобразно», а «его основные акцентуации – паранояльность, циклотимность и психастения». Исследователи приходят к выводу, что, по сравнению со студентами-журналистами и менеджерами, «ценностный потенциал интеллектуальной вовлеченности студентов-программистов оказался самым высоким, что показывает решающую роль интеллектуальной напряженности в формировании всей сети акцентуаций» (Дерюгин и др., 2024: 57).
Поскольку в поле зрения нашего исследования находятся не «айтишники вообще», но аудитория журнала «Хакер», целесообразно будет обратиться именно к социально-психологическим характеристикам профессионального хакерского сообщества. «Обобщенный портрет “классического” хакера-одиночки нарисовал Анатолий Комиссаров (экспертно-криминалистический центр МВД): чаще всего это лицо мужского пола от пятнадцати до сорока пяти лет (в России чаще всего до двадцати пяти) без уголовного прошлого, обладающее либо очень большим, либо, наоборот, очень маленьким (дилетант) опытом работы с компьютером. Психологи утверждают, что хакер – это почти всегда очень яркая, мыслящая личность, способная к принятию ответственных решений и нетерпимая к насмешкам и потере социального статуса, и в то же время он очень трудоспособен и старателен (чаще всего скромный, незаметный труженик: любит раньше всех приходить на работу и оставаться после ее окончания)» (Ибраева 2016: 60). Как указывает А.А. Шапошников, «важнейшая особенность субкультуры хакеров – представление о собственной избранности, элитарности. Многие из них оценивали себя как первопроходцев, создающих новое общество, основанное на ценностях глобального киберпространства» (Шапошников 2018: 60). Такое представление, по нашему мнению, должно предполагать несколько пренебрежительное отношение к непосвященным, сторонним лицам – а средством выражения этого пренебрежительного отношения как раз может являться ирония.
Далее, отмечается, что в профессии программиста также кроется опасность профессионального выгорания: IT-специалисту «необходимо постоянно самосовершенствоваться профессионально, учиться и переучиваться, осваивать новые языки программирования, приемы работы, развивать прогностические способности (например, для программиста необходимо уметь предусмотреть, будет ли удобен пользователям новый интерфейс, какие функции будут необходимы в дальнейшем и т.д.)… Все это служит источниками напряжения для профессионала, который должен эффективно решать поставленные задачи в условиях полной самоотдачи и повышенной концентрации внимания. Очевидно, что напряжение может способствовать негативным психологическим проявлениям у специалиста, которые в конечном итоге могут сказаться на работе организации в целом» (Муравьева, Козлова, 2019: 98). «Эмоциональному выгоранию у программистов с ценностным отношением к профессиональной деятельности способствуют как определенные личностные особенности – чувство вины, тревожность, замкнутость, так и противоречия между или внутри компонентов отношения, приводящие к субъективной недостаточности осуществления данного отношения, что нарушает реализацию личностных аспектов в процессе профессиональной деятельности» (Забара, 2018: 326). Согласно статистике, профессиональному выгоранию подвержены 68% программистов, при этом «эффективность работы хирургов и программистов измеряется более объективными критериями, чем работа учителей, преподавателей и медсестер, что в гораздо меньшей степени позволяет использовать защитные механизмы для поддержания профессиональной самооценки» (Муравьева, Козлова, 2019: 105–106) – этот факт также подталкивает нас к мысли о возможной востребованности иронии в среде IT-специалистов как средства психологической защиты от выгорания.
Из вышеизложенной информации прямо вытекает гипотеза настоящего исследования: она состоит в том, что ирония, встречающаяся в текстах IT-направленности, вероятно, несет множественные функции: с высокой вероятностью она используется для психологической разрядки и защиты от выгорания, также она применяется с целью выразить отношение (пренебрежительное, отрицательное и т.д.) к чему-либо и
Русский
English